Был тяжёлый день. Меня тут спросили по мессенджеру на днях: «ты потеешь»? По правде, сказать, я только это и делаю. Ну, кроме сна, когда лежу, как на сохранении в помещении с кондиционером. В день улетает где-то 3-4 литра воды. Писать, простите, за подробности, получается только раз – чем-то тёмным, как «нескафе». Если идем по джунглям, то, в принципе, можно было бы и не останавливаться – вся одежда мокрая почти до нитки. Поначалу, а я здесь вроде бы в четвертый раз с прошлого апреля, пару дней уходит на адаптацию глаз к поту. Выедает и к вечеру ничего не видишь почти за пеленой. Потом привыкаешь, ну и вообще лафа, если повезёт с хорошими ручьями. Мы сейчас работаем на новых лицензионных территориях, так что там троп нет готовых и ходим, в основном, по руслам ручьёв. Перенял от австралийцев хороший приём по охлаждению организма – нужно воду прохладную поливать на часть рук от запястья до локтя. Там сосудов много, активное кровообращение, поэтому быстро начинает работать голова, которая в перегреве отключается. Допёр брать с собой 2-3 лайма, которые выжимаю в воду, так что её не так противно пить становится. Оголенные руки, слава богам, потеряли чувствительность к «огненному листу» – дереву, что растет вдоль воды. Жжется неприятно, как крапива, но иголочки эти в коже остаются намного дольше, до недели, и при прикосновении к ужаленному месту, будто током бьёт. В конце дня бредёшь уже не разбирая дороги, поэтому падаешь, ну и ноги мочишь, что, скорее плюс – приятно это… снимаю немного, аппарат и прочая ерунда в двух слоях полиэтилена – на случай дождя. Поехали.

Крикливая обезьянка. Орёт – будто кажляет. Благо, я ещё расстаюсь с давешней простудой, так что с этой мы нашли общий язык.





Хреновину эту я опознал по запаху, спросил и оказалось – не ошибся. Это сур соп, чай с которым нам так нравится.



Наш проводник позирует в зарослях шоколада. Я не знаю как это правильно называется, местные просто говорят «шоколад»



Не везет мне. Даже эта шоколадка – не спелая.



Все об этом растении слышали. Его называют хищником. В довольно большой сосуд попадает вода и насекомые, растение выделяет фермент, вроде желудочного сока, растворяет добычу и питается.



Это уже внизу, после вояжа по горкам и ручьям. Тяжелая работа. Эта женщина «просто» разделяет пучки риса на несколько побегов и отдельно их высаживают и вот те, кто это делают – в грязи и воде по колено с утра до ночи. А какие ещё варианты? Рис я, меж тем, не ем уже около 4 недель и «все остальное» звучит смешно. Просто почему-то не хочется есть…



Ну вот и всё. Сейчас машина подберёт нас возле рисовых полей.