Сижу на кухне, пью коньяк, жена – соджу. Вернулся из иммигрешн – это сезонные игры. Знаете, как: «каждое лето, мы с друзьями». Подавлен. Встретил там Дейва. Старину Дейва, державшего паб прямо рядом с главной площадью, где я познакомился с 20% надежных и интересных людей. Это был не публичный вынос мозга бахвальством, «центральный» Irish Pub, а единственное место, где ещё в стародавние времена (так все быстро меняется), были ночи шарад и загадок, соревнования и вообще хоть какой-то ментальный стиль, фурнитуру то можно любую купить – были бы деньги, благо, немного нужно, Китая рядом, а таможня всегда «дает добро». Что же Дейв? Сначала его выдавили из центра. Он открылся.
- Как пицца, Юджин? Я брал уроки у итальянца.
- ну не сердись, дружище. Она классная, сытная, но основа очень толстая. Напоминает домашнюю, как я ел на юге России. назови «домашней», а?

Немного обиделся. Разор там уже был – не то место, но знакомое по фейсбуку и люди то помнят. Ночью, когда ввели запрет на квас после полуночи, Дейв отмыкал нам по предварительному звонку. Говорили про Лондон и КГБ – пялились на настоящую телефонную кабинку из Англии, часть колорита. Там ещё музыка была всегда хорошая…
Вот он, больной по виду очень, голубоглазый старосветец в этой цитадели, кажется на краю планеты – иммиграционный офис перенесли за город, к аэропорту. Работают они с 10 до 16 (официально – до 17). От Дейва избавляются. 10 лет он платил налоги, был приятным лицом толерантности и благодарным жителем Монголии. Там что-то не заладилось с подружкой (серийная история), она подстроила ему говно с визой и, вот, теперь его к чертовой матери могут выслать. Харч здесь – не великие деньги. а в воздухе витает то, что поднимают самые дорогие в мире машины, лавирующие по колдобинам.

- Где же новый Дейвс плейс на карте Улаанбаатара.
- Нигде. И нигде не будет. Целым бы остаться…

Пока. Спасибо тебе!

Надоело невдумчивое проглатывание кофе за компьютером, пошёл на кухню. А там телевизор. Конечно Обама, убивший Осаму (звучит как ссора между братьями). И ещё – реклама монгольского пива. Оч известный стереотипный видеоряд: колонны бутылок, довольные лица, родные просторы, на которых, по идее растет хмель? Очень обрадовало. Это как реклама манго «сделано в Гренландии». Реклама говно, бездумное клише просто, но вот само пиво в Монголии, все-таки, хорошее, хоть я и не любитель. Особенно удивило как-то давно уже, «столичное».

Господи, спасибо тебе, что на перепутьях я сделал выбор именно таковым, каким и получил дорогу к себе нынешнему. Это не значит, что все сделано безошибочно или скорее наоборот, спасибо за ошибки, что не убили, но сделали таким. Я также благодарен и за возможность общаться с теми с кем приятно, но равно и за привелегию быть настолько независимым, чтобы позволять себе не общаться с теми с кем иметь дел не хочется.

В большой грусти со вчерашнего дня. Туристы не заметят, богачи-иностранцы не вздрогнут, а вот я и похожие на меня люди, мы, кажется, теряем ту старую добрую Монголию, которая влюбила нас в себя совершенно опьяняющей свободой. Выпущен новый закон по которому каждому работающему здесь иностранцу надлежит всегда иметь при себе паспорт, биометрический пермит на проживание (для чего предварительно сдать отпечатки пальцев) и разрешение на работу. Если бы речь шла о России, где прописка, это и фетиш и часть системы и что-то многим уже привычное, то ничего страшного, но ведь это Монголия… Аналогий иных, чем жёлтая звезда Давида у меня просто нет.

Чудесный местный банк выпустил мне карту на имя P. Evgeniy Yuriyevich :)))
Пришлось объяснить, что таких может быть ооочень много.

Вот такой журнал выпускается в буддистской Бурятии.



Вообразите себе нечто исламское с подобной обложкой и анонсами. Нереально, верно?

Русские имена для многих иностранцев звучат смешно и это нормально. Вот точно, как и для меня сегодня некоторые фантистически красивые сочетания – мы были на «вступительных экзаменах» в русскую школу (приятное впечатление, сам от себя не ожидал). Например, мне очень было сложно скрыть изумление от имени (там зачитывали) Алтансух Мишельнаран (это по паре значений в имени фамилии) – ЗолотойТопор УлыбкаСолнца. Ну не супер ли? Мне, например, очень нравится.

Когда мы только приехали в Монголию, все было, понятно, по-другому. Меня носило по Южной Гоби, а Алька дневала и ночевала здесь, в столице. В магазинах присутствовало совсем мало чего привычно-съедобного, было невозможно объяснить чего хочешь и на закупки Аля ходила с вечно капризничающим Антоном и рюкзаком – сколько поместится картошки, консервов и прочего. Помощи в простых советах от конторы, на которую я работал, не было никакой, что было просто обидно ровно настолько, насколько и несправедливо. Мы жили в холодной и пыльной части тринадцатого района, в старых советских домах, столь же страшных, сколь и обветшалых. Рядом было сооружение, которое за форму прозвали «шайба». На самом верхнем этаже – клуб «Амнезия» с пьянством и техно до утра, на первом – корейский ресторан с большим плакатом, изображающим какого-то пижона в шляпе, и уж где-то посредине этой Нирваны – так сказать, супермаркет. Ночью Антон часто просыпался из-за того, что проезд у функционирующей «Амнезии» использовался для добровольной и не очень любви – с соответствующими криками и стонами, а днем, сын был очень капризным в свой переходный возраст, и вместе с рюкзаком, Аля частенько и его таскала на руках. Даже просто знакомых у нас практически не было и вдруг появился «Дядя Сайну» – владелец «детской комнаты» в упомянутой «шайбе», по соседству с супермаркетом. Все просто: приходишь, платишь и отдыхаешь, пока ребёнок играется на горках-качелях. У меня и правда не получится описать, как здорово это было и какой это был удивительный для нас, приехавших из России, человек, но это было единственное место, где из-за строптивого характера сына, Алька хоть чуть, но отдыхала. Он говорил всегда: «привет» и сын так и называл его «дядя Привет». Потом все начало сильно меняться, да и Антон повзрослел, но мы никогда не забудем «дядю Сайну» – прекрасного и доброго человека, которому, увы, в нынешнем бизнесе на всем, уже не нашлось места. Удачи тебе, хороший человек, мы верим, что твои добрые дела и сердце не дали пропасть ныне, когда, увы, деньги решают все больше и больше в Монголии.

*Сайн уу? – монг. (приветствие), дословно «хорошо ли?», контекст: «привет», «как дела?»