Среди кухарок,
Опять раздрай,
Как там Мубарак?
Как наш Синай?

Наша песенка не спета,
Мы её и щас поём,
Родом из страны Советов,
Мы советом заебём!

Загадке столкновенья ядер,
Нашлась разгадка, наконец,
Гони, гони, ты мой Коллайдер,
Теперь и так и так – пиздец.

Я тебя не узнаю,
Ты совсем другою стала,
Скоро вовсе догорю –
Чтоб и ты не узнавала.

Будет проще нам вот так,
Я ведь скоро уезжаю,
Пусть пока ещё не знаю,
Что, куда, зачем и как.

У меня другая есть,
С нею вряд ли буду тоже,
Там совсем уж не похоже,
Что увидимся, Бог весть,

Помнишь, пару лет назад,
Летом жарким и зимою,
Ты всегда была со мною,
Я тебе любой был рад.

Ты кормила и поила,
Я работал день и ночь,
Как же это было мило,
Но ушло куда-то прочь.

Видишь, вот и собираюсь,
Ты меня не вспоминай,
Не писать не обещаю.
Все, Монголия. Прощай.

Сколько раз бы ни влип,
Да покинул бразду,
Вновь везде прорасту,…
Потому что я – гриб.

Пусть в грудной, но в клетке,
Сердце и устанет –
Биться перестанет,
Встанет навсегда,
Вкусные конфетки,
Ложки на салфетке,
Рюмкою помянет,
Кто-нибудь тогда,

Там, за разговором,
Может и припомнят,
Я хотел быть понят,
Только лишь собой,
С окосевшим взором,
Грянут песни хором,
Чудака хоронят –
Можно по второй.

Если в столице смог -
Есть от чего возбудиться,
Значит сойдет и стог -
Сможет и не в столице!

Мама, я устал собой гордится,
Я ругаюсь матом и курю,
Запросто до чертиков могу напиться,
И когда напьюсь – всегда храплю,
Даже в многозвездочном отеле,
Я стираю майки и носки,
У меня наколка есть на теле,
А на ней – старомонгольский скрипт,
Я могу сморкаться просто пальцем,
Сопли вытирая об штаны,
Мама, мама, только не ругайся,
Я все это брошу до весны.

Случается вот так нечасто,
Чем озарение ценней,
К чертям с экзотикой ландшафты,
Хочу побыть среди людей

Нет ничего привычней света звёзд,
Пусть днем не видно, в синеве лучи их тают,
Не наша воля, звездный выбор прост:
Они за нами тихо наблюдают.

На миллионы лет, паля горячий газ,
Они приникли к окнам мирозданья,
И мимолетные, так смертные, создания,
Как думается, их волнуют глаз,

Нам представлялось так, хотя не век,
Под светом их прожить нам должно,
Владеть привык, так слаб тем человек,
И заблуждаясь в представленьях ложно

Всем говорил: моя звезда, она моя,
Хотя светила до того так многим,
Нет, вот теперь лишь только я, и я,
Звезда мне суждена, а не убогим!

И вот, я тоже сделал этот ход,
Звезду присвоил и назвал своею,
И год за годом, год и год, и год,
Она со мною, с нею я так млею

А ей плевать кому светить давно,
И я ищу, лишь лиху в подтвержденье,
Её лучистое во все проникновенье,
В эфир мирской вокруг, когда темно.

А в праздник некий или славный час,
О ней всегда совсем не вспоминаю,
И лишь когда болею и страдаю,
Лишь темень вдруг – и луч её тотчас.

Забыл. Карман мой пуст, звезда вверху
Удача в сердце ли? Уже не видно света,
И вот, везение уже в труху,
Удача свыше ли, звезда ли сотворила это?

Взойди, взойди, пожалуйста, взойди,
Пусть, как и все, вообразил все это,
Мне от заката, ночью, до рассвета,
Живым, в такую темень, не дойти…